Короткое поздравление молодоженом


Художник, композитор

Я полечу в далекие миры, в край вечной красоты, солнца и фантазии, в заколдованную страну…
М.К.Чюрленис

Отец художника был сыном крестьянина из южной части Литвы - Дзукии. В юности Константин Чюрленис, выучившись писать по-польски и по-русски, также научился у деревенского органиста основам искусства игры на органе. Мать будущего художника Адель была из немецкой семьи евангелистов, покинувших Германию из-за религиозных преследований. Девушка заботилась о себе сама, так как её семья рано осталась без отца и жила бедно. Адель работала в услужении в графской семье, и благодаря этому имела возможность учиться и читать. Она хорошо владела немецким, польским, литовским языками, была остроумна и жизнерадостна. Адель знала множество песен, любила петь и была хорошей рассказчицей.

Константин и Адель венчались в 1873 году и тогда же поселились в Варене - городке на юге Литвы. В этом городке 22 сентября 1875 года у них родился сын. Родители назвали его двойным именем Микалоюс-Константинас.

Двойное имя - по-русски Николай Константин - дано было при крещении, поэтому русский вариант имени художника был - Николай Константинович Чурлянис, и только позже утвердилось общепринятое литовское Микалоюс Константинас Чюрленис. Монограмма из букв М-К-Ч приобрела у художника символический характер, он включил ее в композиции целого ряда своих работ, и она стала графическим, легко узнаваемым знаком всего, что связано с Чюрленисом. Ядвига, сестра Чюрлениса, писала, что о первом имени Микалоюс в семье никогда не упоминалось, оно как будто было забыто, и дома брата все звали Константом. Литовские окончания появились позже.

Три года спустя после рождения сына семья перебралась в Друскининкай. Отец служил в костеле, мать вела хозяйство и растит детей - у Константа было восемь младших братьев и сестер.

Первые уроки музыки Чюрленис получал от отца, и к семи годам мальчик знал нотную грамоту, свободно играл с листа.

В десять лет "Николай-Константин Константинович Чурлянис, из крестьян... успешно окончил курс в Друскининкайском народном училище", и родителям впервые пришлось всерьез задуматься о будущем старшего сына. Детей уже к этому времени было четверо, семья вела более чем скромное существование. Продолжить учение десятилетний сын мог лишь в губернском городе Гродно, в гимназии, но содержать его там, вдали от дома, родители не могли. И еще три года Констант провел в Друскининкае, ничем особенно не занимаясь, кроме музыки.

В эти годы маленькая деревушка Друскининкай стала модным курортом, известным своими минеральными водами. В доме органиста все чаще собирались приезжие любители музыки. Они с интересом слушали игру маленького "вундеркинда". Один из них, друг семьи, врач Ю.Маркевич принял участие в судьбе мальчика. Маркевич рекомендовал Чюрлениса-младшего своему знакомому страстному меломану князю М.Огинскому. Поместье Огинского находилось в Плунге. Там же была и оркестровая школа, которую он содержал на свои средства. В нее и попал после окончания начальной школы тринадцатилетний Чюрленис. Здесь он учился играть на флейте и сделал свои первые, робкие опыты в сочинении музыки. Князь Огинский, считавший себя меценатом, был столь доволен прилежанием Чюрлениса, что даже взял на себя оплату его дальнейшей учебы.

В 1893 году Чюрленис отправился в Варшаву, где с начала 1894 года был зачислен в студенты фортепианного класса Музыкального института (позже - Варшавская консерватория). С этого времени он на двенадцать лет остался тесно связан с Варшавой и все эти годы, испытывал воздействие артистической атмосферы столицы входившей тогда в Российскую империю Польши.

Первую ступень обучения он проходил у профессора Т.Бжезицкого, вторую у А.Сыгетинского - не только известного музыканта, но и литератора. В репертуаре студента были произведения Баха, Гайдна и Моцарта, Бетховена и Шопена. В первые годы обучения, приступив к изучению контрапункта под руководством З.Носковского, Чюрленис начал сочинять сам. Первыми его произведениями были небольшие пьесы для фортепиано. Их он исполнял в узком кругу - в Варшаве, в семье доктора Марковича, с детьми которого он продолжал дружить в Друскининкае, летом, когда он, как всегда, приезжал на каникулы домой. Эти первые пьесы относились к 1896 году. Можно считать, что композитор Чюрленис известен именно с этого времени, то есть с той поры, когда ему было двадцать лет.

Спустя год Чюрленис поменял специальность, и он стал учиться композиции. Он много писал - кантату для хора и оркестра, фуги, маленькие пьесы для рояля. Некоторые сочинения имели успех - прелюд, ноктюрн и мазурка были напечатаны в варшавском музыкальном альманахе "Меломан". В студенческие годы Чюрленис увлекся историей и естественными науками, в литературе ему близки Достоевский, Гюго, Гофман, По и Ибсен. Романтическая мечта о лучшем, справедливом мире сочетается у него с интересом к современной классической философии.

В 1899 году Чюрленис с отличием окончил институт, и ему предложили должность директора только что основанной музыкальной школы в Люблине. Он отказался - потому, что не мог быть музыкальным руководителем, и потому, что устроенность и внутренний душевный покой не были свойственны ему. Он горел жаждой творчества. Чюрленис задумал первое большое сочинение - симфоническую поэму "В лесу". С этого произведения началась история литовской профессиональной музыки. По своему жанру это была пейзажная картина, лирической темой которой являлась жизнь природы, однако не природы вообще, а природы литовской. Эта поэма остается в числе лучших достижений литовской музыки.

Чюрленис считал необходимым для себя продолжать учебу. Осенью 1901 года он уехал в Германию, где стал студентом Лейпцигской консерватории. Дирекция Консерватории учла пожелания Чюрлениса, и он стал заниматься у Карла Рейнеке и Соломона Ядассона. Письма, которые он писал в течение последних месяцев 1901 года, создавали довольно живую и яркую картину академической жизни Чюрлениса в Лейпциге, характеризовали его самого и фиксировали новую "лейт-тему" его устремлений: смущаясь и подшучивая над собой, он не раз упоминал о занятиях живописью: "Пишу коротко, мало времени, да и у тебя не хочу отнимать. У меня все по-старому, только появилось много работы. У меня трое коллег: американец, англичанин, чех. С двумя первыми разговариваю по-английски и по-французски, а с третьим - по-чешски. Сам понимаешь, что сговориться почти не можем. Может, из-за этого мы и симпатизируем друг другу. Время бежит: работаю, играю, пою, читаю, и мне почти хорошо... Купил краски и холст. Наверно, ты скажешь, что холст мог бы пригодиться на что-нибудь другое. Мой дорогой, я тоже чувствую угрызения совести из-за этих истраченных марок, но должен же я иметь на праздники какое-то развлечение".

Осенью 1902 года, получив диплом, Чюрленис вернулся в Варшаву. В Варшаве, отказавшись от места в Консерватории, он жил на доходы от частных уроков и сочиняел фуги, фугетты и каноны. Но вскоре, в силу действия внутренних причин и творческих склонностей, проявлявшихся в нем с ранней юности, но до поры до времени дремавших, у Чюрлениса произошел переход к живописи.

Чюрленис был равно талантлив в музыке, живописи и словесном творчестве. И он ощущал потребность выражать себя по крайней мере в двух из этих творческих областей - в разное время с разной интенсивностью - в музыке и в живописи. Оставленное им небольшое по объему словесное наследие - лирические записи в дневнике, написанная в "квазисонатной форме" стихотворная поэма "Осень", несколько эссе и переписка - доказывает, что он мог бы стать литератором, подобно тому как стал музыкантом и художником.

Чюрленис усердно заполнял свои альбомы и рисовальные листы набросками, эскизами, этюдами с натуры, кропотливо трудился над скучными гипсовыми масками. Вдвоем со своим ближайшим другом и профессиональным музыкантом Эугениушем Моравским они посещают частные рисовальные классы. Лето в Друскининкае было посвящено занятию, которое целиком поглотило его: природа, фигуры людей, лица своих домашних - все это он фиксировал, поначалу не пытаясь найти какой-то особый стиль.

Осенью 1903 года он написал маслом картину "Музыка леса". Тема и название ее звучали напоминанием о симфонической поэме "В лесу", сочиненной им раньше. Картина была проста, образы ее рождены простейшими литературно-поэтическими сравнениями: шум в лесу - это музыка; прямые стволы сосен - струны; ветер, летящий мимо деревьев, - это тот музыкант, который и трогает, колеблет звучащие струны. Пейзаж здесь - лишь символическая форма.

Символизм, еще в 1880-е и 1890-е годы утвердившийся в поэзии и живописи Парижа, распространялся по Европе. Порожденный близким ощущением конца старого общества, символизм видел причину этого в рационалистичности и материализме XIX века. Вдохновленное известным афоризмом Шопенгауэра - "существует столько различных миров, сколько есть мыслителей", это субъективистское течение искало высшую реальность в жизни идей. Вслед за Верленом, Малларме, Гюсисмансом, вслед за Гюставом Моро и Одилоном Редоном, художники пытались уловить нюансы сокровенных чувств и запечатлеть свои грезы, интуитивные вспышки фантазии и воспоминания. Речь шла о поисках новой красоты, непостижимой "красоты таинственного".

Ранние работы Чюрлениса - пастели. Свои первые, не очень уверенные шаги в графике и живописи Чюрленис делал по дорогам, проложенным мастерами польского и немецкого символизма. Но проявлялись особенности, позднее сделавшие Чюрлениса подлинным сыном своего времени, мастером самобытным и оригинальным.

Во многих трудах начала века утверждался принцип взаимодействия и взаимопроникновения искусств; стала характерной тенденция к расширению традиционно замкнутых границ видов и жанров. Считалось, что музыка наиболее полно и широко отражает духовную жизнь и гармонию мира. Чюрленису как профессионалу-музыканту, только еще приступающему к живописи, чтобы высказаться недостаточно одной картины. Он строил замысел "Похоронной симфонии" по законам временных искусств как части музыкального сочинения.

В 1904 году в Варшаве открылась Школа изящных искусств - высшее учебное заведение, устроенное художником Казимиром Стабровским по типу Петербургской академии художеств. И Чюрленис пошел учиться в новое учебное заведение. Преподавание в школе резко отличалось от принятых академических традиций обучения изящным искусствам. Гипсов не было, учащимся предлагалось заниматься не столько детализацией изображения, сколько передачей настроения, характера, движения живой натуры. Каждый из студентов работал не только в графике и живописи, но и в скульптуре, пробовал себя в керамике, витраже, декорациях, оформлении книги. За исключением керамики, у Чюрлениса можно найти примеры его работ всех этих видов. Сохранилось несколько эскизов витражных композиций, выполненных Чюрленисом. Он занимался и гравюрой на стекле.

Первые листы Чюрлениса были незатейливы: это маленькие деревенские пейзажи со свинцово-серым небом, избушками, заснеженными холмами и темными стволами деревьев. Они сделаны по рисункам с натуры. Позже в натурные мотивы все сильнее вторгалось воображение художника. Облака приобретали сложные антропоморфные очертания, сталкивались в напряженной борьбе ("Роща"), несутся в стремительном полете ("Контрфорс") или толпой молящихся вздымаются от земли к небу, ритмически повторяя формы сгрудившихся у деревенской колокольни деревьев ("Колокольня"). От объективной спокойной фиксации пейзажа к драматизации природы лежал путь Чюрлениса.

Летом 1905 года академия выезжала на природу в живописную местность под Люблином. Тем же летом в Варшаве устраивается выставка работ учащихся академии. Картины Чюрлениса привлекали наибольшее внимание публики, и несколько его работ отобрали покупатели, которые должны были их оплатить и забрать после закрытия выставки. В одном из тогдашних писем к брату он пишет такие полные оптимизма строки: "К живописи у меня еще большая тяга, чем прежде, я должен стать художником. Одновременно я буду продолжать заниматься музыкой и займусь еще другими делами. Хватило бы только здоровья, а я бы все шел и шел вперед!".

То же лето 1905 года связано с путешествием художника на Кавказ и в Крым, благодаря Брониславе Вольман, с семьей которой Чюрленис был знаком уже больше года. Вместе с ее сыном Брониславом он занимался в художественной академии, а младшей дочери Галине давал уроки музыки. Дружественными отношениями с этой семьей отмечены последние шесть лет жизни художника, и Бронислава Вольман, которая была в числе немногих любителей живописи, искренне поверивших в необычный талант Чюрлениса, не раз в трудную минуту приходила ему на помощь. Вольман приобретала его картины, что не только выручало нуждавшегося художника и вселяло в него уверенность, но также в будущем спасло многие работы Чюрлениса от гибели.

Теплыми отношениями навеяна тема одной из самых романтических и возвышенных по духу работ Чюрлениса "Дружба" в 1906 году, которую он подарил Брониславе Вольман. Ей же посвящен целый ряд его музыкальных сочинений, включая и самое значительное из написанного композитором - симфоническую поэму "Море". Многие из его фортепианных миниатюр связаны с юной Галиной.

Поездка принесла Чюрленису немало новых впечатлений и дала толчок его художественному сознанию. Он писал: "Я рисовал или по целым часам сидел у моря, в особенности на закате я всегда приходил к нему, и было мне всегда хорошо, и с каждым разом становилось все лучше...".

В основе работ художника 1905-1906 годов лежало размышление о стремлении людей к счастью. О жажде истины, справедливости, братства. И о жестокости действительности, в которой сгорают искры надежд.

"Она летит в поднебесье, высоко над миром, увенчанная диковинным убором из золотых перьев. Ее веки прикрыты. Обеими руками - бережно и нежно - она несет перед собой мягко сияющий шар. Лучезарный свет торжествует, побеждая холодную пустоту..." - Чюрленис назвал эту аллегорию многозначительно "Дружба".

Непроглядно темно, пусто вокруг строго неприступного человека, держащего свечу. Привлеченные пламенем слетаются мотыльки. Сзывающий их огонь обманчив. Опаляя крылья, они беспомощно гибнут. Но все же летят и летят. Человек стоит уверенно, сурово, и в его протянутой руке - свеча с неистребимым огнем истины и надежды...

Мечтой художника о мировой гармонии и красоте были рождены циклы картин "Сотворение мира" и "Знаки Зодиака".

Мерцающая голубоватая туманность на фоне безжизненной, темной синевы... Острый профиль с подобием короны вверху взирает в бездонность... Горизонтально над пространством в утверждающем жесте вытягивается ладонь, внизу - надпись по-польски: "Да будет!" Непроглядное пространство начинает превращаться в организованный космос: в синей тьме возгораются светила и спиральные вихри знаменуют рождение новых, они сияют над поверхностью вод, и мятущиеся облака понеслись по ожившему небу, и багровое солнце взошло на горизонт!.. Все это проходит перед нами в первых шести картинах цикла "Сотворение мира". Вид меняющейся космической панорамы делает зрителя соучастником величественных движений материи и духа разума. Мир начинает жить, сверкать, цвести. Чюрленис рассказывает не о сотворении земли, а о возникновении красоты мира. Листы цикла идут от беспорядочного хаоса к гармонии.

1905-1906 годы были в Российской империи временем мощных революционных потрясений. И подчиненная русскому царю Польша, и никак не выделенная внутри остальной империи Литва оказались очагами сильных волнений. В той среде интеллигенции, к которой принадлежал Чюрленис, главенствовали антиправительственные настроения. Подобно другим представителям интеллигенции литовского происхождения, Чюрленис также начинает идентифицировать себя как литовца уже не только этнически, но и в культурном, и в общественно-социальном отношении. "Известно ли тебе литовское движение? - писал он в письме брату в разгар январского варшавского восстания 1906 года. - Я решил все свои прежние и будущие работы посвятить Литве".

Наступивший бурный 1906 год принес Чюрленису и новый поворот в его собственном развитии, и перемены в творчестве, и много событий в жизни. Была устроена выставка Варшавской художественной школы в столице России в стенах Петербургской академии художеств. Картины Чюрлениса вызвали у посетителей и у критики особый интерес. В двух крупных столичных газетах "Санкт-Петербургские ведомости" и "Биржевые ведомости" критик Брешко-Брешковский, описывая выставку Варшавской школы, уделил внимание прежде всего Чюрленису. Эти две статьи в петербургской прессе - первый значительный отзыв об искусстве художника: "...Говоря об учениках варшавской школы, нельзя ни поздравление в коем случае обойти молчанием длинной серии фантастических пастелей Чурляниса. Чурлянис - родом литвин. По словам Стабровского, он, кроме того, и музыкант, окончивший две консерватории. Его музыкальностью и объясняется отчасти его мистическое, туманное творчество. Видишь сразу перед собой художника, привыкшего грезить звуками. Представляется, что из этого Чурляниса может выработаться самобытный художник. Даже теперь, на заре своей деятельности, он совершенно самобытен, никому не подражает, прокладывая собственную дорогу. Тут же, на выставке, его портрет, писанный товарищем. Какая благородная голова с умными, благородными глазами! Это пантеист чистейшей воды. Все свое творчество он отдал на служение стихийной обожествленной природе, то кроткой, ясной, улыбающейся, то гневной, помрачневшей, карающей... В нем много смутного, недоговоренного. Как в звуках! Недаром Чурлянис - музыкант".

После Лейпцига, учась в школе живописи, создавая десятки картин, зарабатывая на жизнь уроками, Чюрленис сочинял музыку. Освободившись от выполнения обязательных консерваторских заданий, - с конца 1903 года он писал небольшие фортепианные пьесы, в основном - прелюдии и вариации, и за три года в черновых тетрадях Чюрлениса накопилось таких пьес свыше полусотни, если считать только те, что известны. Тетради эти - почти единственный источник сведений о фортепианных произведениях композитора. Симфоническая поэма "Море", созданная в 1907 году - теперь гордость литовской симфонической музыки. Но поэма была исполнена, лишь когда со дня смерти композитора исполнилась четверть века.

Летом 1906 года Чюрленис посетил Прагу, Дрезден, Нюрнберг, Мюнхен, Вену. В письмах он описывал свои художественные впечатления от работ европейских мастеров. Любопытно такое его перечисление: "Нюрнберг, Прага, Ван Дейк, Рембрандт, Бёклин, ну и Веласкес, Рубенс, Тициан, Гольбейн, Рафаэль, Мурильо, и т.д.", - таким образом, Бёклин, помещенный между Рембрандтом и Веласкесом, оказался у Чюрлениса в ряду "величайших".

Ближе к концу года Чюрленис отправился в Вильнюс (тогда Вильно), где стал организатором и одним из участников Первой литовской художественной выставки. Открывшаяся 27 декабря 1906 года, выставка имела практическое значение в первый период культурно-национального возрождения Литвы. В среде студентов и немногочисленной вильнюсской интеллигенции работы Чюрлениса были восприняты как очень значительные. После учреждения Литовского художественного общества, Чюрлениса пригласили к участию в нем. Вместе со своими коллегами по искусству он разрабатывал устав, в котором, кроме благородных задач объединения, материальной и моральной поддержки людей искусства, декларировались и просветительские цели, такие, например, как "развитие художественной культуры населения, поощрение народного творчества".

Избранный членом правления общества и глубоко вовлеченный в практические дела литовского культурного движения, Чюрленис покинул Варшаву, чтобы переселиться в Вильнюс.

Первые годы, первые шаги "литовского ренессанса" связаны с именем Микалоюса Константинаса Чюрлениса. В его лице культурно-просветительское движение получило не только первого профессионального композитора, чутко ощутившего природу литовской музыки и наиболее яркого литовского живописца, но также и умного публициста, умевшего ясно, с глубиной и поэтичностью говорить о насущных проблемах культурного возрождения. Все это осталось в его наследии и сегодня воспринимается как золотой фонд культурного достояния литовцев. Однако, было и многое другое, чему он отдавал свои силы и время: открылись разрешенные правительством литовские народные школы - и Чюрленис составил сборник народных песен, которые приспособил для пения в школьном детском хоре; появились новые композиторы - Чюрленис подготовил и опубликовал условия конкурса в поддержку молодых музыкантов; организовался в Вильнюсе литовский хор - Чюрленис стал его руководителем.

Знакомство со студенткой филологического факультета Краковского университета Софией Кимантайте переросло в нежную дружбу. София обучала Чюрлениса литовскому языку - он почти не знал ни языка, ни родной литературы, - открывала для него мир литовской поэзии и прозы, стала его возлюбленной и невестой.

Вторая литовская выставка, организованная Художественным обществом, открылась 28 февраля 1908 года. По сравнению с первой число участников увеличилось, экспозиция была более обширной. Чюрленис представил 59 работ, в их числе цикл "Зодиак", несколько циклов, посвященных временам года ("Весна", "Лето", "Зима"), и свои первые живописные сонаты, которые в каталоге так и были названы - "Соната I" и "Соната II", известные как "Соната Солнца" и "Соната Весны".

Выставка была открыта в течение месяца, затем ее перевели в Каунас. Хотя об экспозиции и о работах Чюрлениса в прессе появились похвальные рецензии, участие в ней ему самому мало что дало: картины не продавались.

Осенью 1908 года Чюрленис оставил Литву, и уехал в Петербург. В Петербурге, имея с собой рекомендательное письмо от жившего в Вильнюсе художника и критика Льва Антокольского, который не раз наилучшим образом писал о Чюрленисе в прессе, он пришел к Мстиславу Добужинскому. Ровесник Чюрлениса, но к тому времени уже хорошо известный художник, Добужинский был уроженцем Литвы, в том же 1908 году в Вильнюсе выставлялись его работы.

Добужинский принял в его делах Чюрлениса самое близкое участие. "О картинах Чюрлениса я рассказал своим друзьям, - писал Добужинский в своих воспоминаниях. - Они очень заинтересовались творчеством художника, и вскоре Бенуа, Сомов, Лансере, Бакст и Сергей Маковский (редактор журнала "Аполлон") пришли посмотреть все то, что привез с собой Чюрленис....Маковский в то время собирался организовать большую выставку. Картины Чюрлениса произвели на нас всех столь сильное впечатление, что было немедленно решено пригласить его участвовать в этой выставке. Первое, что поразило нас в полотнах Чюрлениса, - это их оригинальность и необычность. Они не были похожи ни на какие другие картины, и природа его творчества казалась нам глубокой и скрытой.


Было очевидно, что искусство Чюрлениса наполнено литовскими народными мотивами. Но его фантазия, все то, что скрывалось за его музыкальными "программами", умение заглянуть в бесконечность пространства, в глубь веков делали Чюрлениса художником чрезвычайно широким и глубоким, далеко шагнувшим за узкий круг национального искусства".

Бенуа, Бакст, Сомов, Лансере, Маковский заинтересовавшись его творчеством, взяли его под свое покровительство. Сложившийся круг людей вокруг прекрасного художника, историка и теоретика живописи, одного из образованнейших людей России того времени, Александра Бенуа, был известен уже лет десять. Он сперва состоял из десятка друзей, собиравшихся в доме родителей Бенуа для совместного чтения и обсуждения лекций и книг о живописи, литературе, истории, для слушания музыки. Позже участниками кружка овладела мысль о просветительской деятельности, о пропаганде культуры в русском обществе, и они стали с этой целью выпускать журнал "Мир искусства". Так и утвердилось в истории русской культуры слово "мир-искусники", которое обозначало группу художников, принимавших участие в журнале и выставках под этим названием.

Из многочисленных работ, привезенных художником, на выставку салона, открытую Маковским в начале 1909 года, были приняты четыре: двухчастная "Звездная соната", "Прелюд" и "Фуга". На этой выставке художественный Петербург познакомился и с Чюрленисом-музыкантом: по соседству с пьесами Скрябина и Метнера исполнялись его произведения.

Чюрлениса пригласили на выставку "Союза русских художников" - самого крупного творческого объединения России. В том же году на 6-й выставке "Союза" появляются три его новых картины.

"Тяга к театральности", увлекшая множество мастеров - интереснейший момент художественной жизни этого периода. "Мир-искусники" успешно работали в это время в крупнейших театрах Петербурга, Москвы, в парижской антрепризе С.Дягилева. Идея синтеза искусств не оставила равнодушным и Чюрлениса.

Осенью 1908 года он задумывал "Юрате - королева Балтики" - национальную оперу, построенную на фольклорных мотивах. Ее сценарий писала София Кимантайте. Чюрленис сочинил музыку и сделал эскизы декораций. Но Чюрленис не закончил оперу. В его архиве сохранились лишь отдельные музыкальные фрагменты, несколько набросков декораций.

К концу года он вернулся в Литву. 1 января 1909 года состоялось венчание Константинаса и Софьи. Сразу же после свадьбы молодые поехали в Петербург.

Внимание художественных кругов не меняло ничего в жизни Чюрлениса - заработков не было. С окончанием зимы он и София вернулись в Литву, и, как это бывало всегда весной и летом, у Чюрлениса вновь наступил период напряженной работы.

"Радость невероятная, - описывал он работу над занавесом для литовского театра в Вильнюсе. - Натянул на стену холст шириной в 6, а высотой в 4 метра, сам загрунтовал. За два дня сделал набросок углем. А дальше при помощи стремянки происходило самое сумасшедшее рисование. В стилизации цветов мне очень помогла Зося, так что работа просто кипела".

Картины писались одна за другой: "Насладился я временем великолепно, потому что написал что-то около 20 картин, которыми иногда недоволен, а иногда расставляю, всматриваюсь и радуюсь..."

"Писал по большей части с 9 утра до 6-7, а потом меньше, только из-за того, что дни стали короче".

Появлялись и музыкальные произведения: один за другим он сочиняет то пять, то семь прелюдий буквально в несколько дней. Точнее сказать - "успевает записать" прелюды - очень часто ростки его музыки на бумаге не оставались.

Творческий подъем летних месяцев 1909 года, пережитый в Плунге, потребовал гигантского напряжения. Вернувшись в сентябре 1909 года в Петербург, он всего себя отдавал работе. Организм не выдерживал напряжения творческих сил и каждодневного самоограничения. В его искусстве усиливаются ноты тревоги. Так возникает минорное раздумье "Кладбище": солнце ушло, и на желтеющем фоне неба тоскливыми силуэтами поднимаются над высокими холмами кресты. Часовенки, деревья. Намеченная здесь тема получает развитие в картине "Жематийское кладбище". У Чюрлениса начали проявляться приступы душевного расстройства.

"Осенью, когда он вернулся, - рассказывал Добужинский, - я был долго занят в Москве, в Художественном театре, и в мое отсутствие он раз-другой навестил нашу семью, а потом исчез. Вернувшись в начале зимы в Петербург, я стал беспокоиться, что он не показывается у нас, и пошел к нему (в то время он жил на Измайловском проспекте). Нашел его абсолютно больным. Я срочно сообщил об этом его жене в Вильнюс и его другу Ч.Саснаускасу, который жил в Петербурге...".

Перед наступлением Рождества София забрала мужа в Друскининкай. Иногда он гулял, иногда садился к инструменту и, как прежде, начинал импровизировать. Затем наступило резкое ухудшение. Из Варшавы приехал один из друзей, чтобы быть около больного и помогать в уходе за ним, но вскоре стало очевидно, что Чюрлениса необходимо поместить в лечебницу. Его увезли в Варшаву, а оттуда в близлежащие Пустельники, где он остался жить в небольшой частной клинике для душевнобольных. В больнице Чюрленис провел больше года. К исходу весны 1910 года в состоянии больного появились обнадеживающие признаки. Но ожидаемой выписки не последовало, хотя некоторое время Чюрленису действительно было заметно лучше. Ему даже разрешили немного рисовать и сообщили о рождении дочери. Короткая записка с поздравлениями Софии и маленькой Дануте была последним его письмом.

Между тем картины Чюрлениса выставлялись на выставках, которые следовали одна за другой в Вильнюсе, Варшаве, Москве и Петербурге. Имя его начали с уважением произносить не только в узком кругу живописцев, знавших его лично, но и в более широкой среде художественной интеллигенции, в кругах любителей живописи. В своих критических статьях Александр Бенуа называл Чюрлениса в числе талантливых мастеров России. Когда в 1910 году возродилось общество "Мир искусства", Чюрлениса признали одним из его членов. На выставке "Мира искусства" выставлялась одна из его работ и поступило приглашение участвовать в выставке за границей - в Мюнхене.

Но Чюрленис разделил участь многих великих талантов. Слава опаздывала, а 10 апреля 1911 года, Чюрленис, которому не исполнилось и 36-ти лет, ушел из жизни. Весть о смерти Чюрлениса впервые обнаружила, что его искусство затронуло многих. Чувства тех, кто близко знал его творчество, и кто больше других оплакивал его, выразил художник Добужинский в письме к Александру Бенуа: "Смерть, впрочем, часто как-то "утверждает", и в этом случае все его искусство делает (для меня по крайней мере) подлинным и истинным откровением. Все эти грезы о нездешнем становятся страшно значительными..." Сравнивая Чюрлениса с Врубелем, умершим за год до этого в 1910 году, Добужинский писал, что у обоих был "почти одинаковый конец", и что и тот и другой "одиночки в искусстве".

В течение двух-трех лет после его кончины устраивались большие выставки работ Чюрлениса в Петербурге, Москве, Вильнюсе, его картины выставлялись на Второй международной выставке постимпрессионистов в Лондоне, в концертах начали играть его музыку, о нем писались статьи, была опубликована первая книга и посвященный Чюрленису монографический сборник.

В 1918 году Советское правительство Литвы специальным декретом национализировало картины Чюрлениса, причислив к "творениям гениев человеческой мысли". Вскоре был учрежден Государственный художественный музей Чюрлениса в Каунасе. "Просто невозможно выразить, как я взволнован этим поистине магическим искусством, которое обогатило не только живопись, но и расширило наш кругозор в области полифонии и музыкальной ритмики. Каким плодотворным могло бы быть развитие этого открытия в живописи больших пространств, в монументальной фреске! Это новый духовный континент, и его Христофором Колумбом, несомненно, останется Чюрленис!", - так оценивал талант Чюрленися Ромен Роллан.

Микалоюс Константинас Чюрленис был музыкантом, художником и поэтом. Мечта о единении искусств (идея "синтеза искусств") нашла в Чюрленисе едва ли не лучшее по сей день воплощение. Во всей мировой живописи произведения этого мастера занимают особое место. Лучшие его произведения волнуют именно своей "музыкальной живописью".

В 2010 году о Микалоюсе Чюрленисе была подготовлена телевизионная передача.

Your browser does not support the video/audio tag.

Your browser does not support the video/audio tag.

Текст подготовил Андрей Гончаров

Использованные материалы:

Материалы сайта www.centre.smr.ru


22 сентября 1875 года – 10 апреля 1911 года

Похожие статьи и материалы:

Чюрлёнис Микалоюс (Документальные фильмы)




Источник: http://chtoby-pomnili.com/page.php?id=211


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Песни для конкурсов (ищем, предлагаем) - Страница 25 Форум Маме поздравление с 50 летием


Короткое поздравление молодоженом Поиск подарков по запискам Праздник Дома
Короткое поздравление молодоженом Отзывы о Подарок Маме и мне от магазина Babadu - Отзовик
Короткое поздравление молодоженом День воспитателя и всех дошкольных работников в
Короткое поздравление молодоженом Поздравление учителю французского языка с днем рождения
Короткое поздравление молодоженом Елькина Анджела Валентиновна » Осенние песни для детей
Короткое поздравление молодоженом Поздравления с Днем нефтяника в прозе
Короткое поздравление молодоженом Образец письма о сотрудничестве - Кирилл SkorpLive
Короткое поздравление молодоженом Сценарий Нового года дома. Семейный праздник
Сценарий на 9 мая День Победы в доме культуры Parties and Picnics Parties and Picnics: идеи для Поздравления с днем рождения в оригинальных и Поздравления для ребенка Конкурсы для педагогов - Академия Развития. - АРТ-талант Методическая разработка по теме: Сценарий новогоднего мюзикла Марафон Добрых Дел 2017 - Все конкурсы, гранты, стипендии и Поздравления с рождением сына маме. Поздравления с рождением мальчика СМС парню: скачать бесплатные смски (sms) парню


ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ



Дата: 26.04.2018, 14:08 / Просмотров: 43192